Джордж Таунзенд, бывший каноник собора Святого Патрика в Дублине, Ирландия, и архидиакон Клонфертского собора, ставший преданным бахаи, писал: «Христос учил, что высшее человеческое достижение — это не какое-то конкретное дело или даже какое-либо особое состояние ума, но отношение к Богу. Быть всецело наполненным — сердце, разум, душа — любовью к Богу, таков великий идеал, Великая Заповедь. В характере Аббаса-эффенди преобладающим элементом была духовность. Все хорошее в Его жизни Он приписывал не какому-то отдельному источнику добродетели в Себе, а силе и милосердию Бога. Его единственной целью было служение Богу. Он радовался, что лишился всего земного имущества и был богат только Своей любовью к Богу. Он отдал Свою свободу, чтобы стать рабом Бога; и Он мог в конце Своих дней заявить, что Он потратил все Свои силы на Дело Бога. Для Него Бог был средоточием всего бытия здесь, на земле, как ныне, так и в грядущем. Все вещи по своей мере были зерцалами щедрости Бога и излияния Его силы».
Абдул-Баха писал: «Души подобны зерцалам, а щедрость Бога подобна солнцу. Когда зерцала не зависят от всех цветов и достигают чистоты и блеска и направляются на солнце, они будут отражать в полном совершенстве его свет и славу. В этом состоянии следует рассматривать не зерцало, а силу солнечного света, который проник в зерцало, сделав его отражателем небесной славы».
Он также написал: «С любовью к Богу всякая горечь превращается в сладость, и всякий дар становится драгоценным». Сегодня человечество все больше и больше озабочено «качеством жизни».
Абдул-Баха был поглощен как его духовным, так и материальным измерениями: Он знал, что по мере улучшения качества духовной жизни человека улучшится и его материальная жизнь — внешний мир отражает внутреннее состояние человека. Он полностью осознавал, что мы действительно находимся в «духовном путешествии от себя к Богу». Он хотел, чтобы все люди также знали об этом жизненно важном факте — тогда они действительно могли бы раскрыть свой реальный потенциал как в этом мире, так и в грядущем.
Однажды в Париже Абдул-Баха дал следующее указание Мэри Хэнфорд Форд и другим, держа перед глазами лист очень тонкой бумаги: «Посмотрите, какая незначительная вещь заграждает наше физическое зрение; так и легкая неосторожность, ругательство, враждебная критика отключают тонкий духовный взор».