Знаменательная сцена разыгралась утром 5 декабря 1912 года в одном из салонов пассажирского парохода «Селтик», стоявшего у причала в гавани Нью-Йорка, но сколь мало было тех, кто постиг значение той сцены!
«Селтик» — это большой и современный пароход, следовавший в Неаполь. Поднявшись по трапу, я оказался в самой гуще неописуемого столпотворения, шума и суеты готовящегося к отплытию лайнера. Последнее прощание друзей, смех сквозь слезы, команды боцманов, гудки проплывающих мимо паромов, мундиры, деловые костюмы, грохот чемоданов, женщины, дети — и зимнее солнце, озарявшее все это.
Я заметил нескольких друзей и присоединился к ним по пути в большой салон, который, видимо, предназначался для прощальных церемоний. Здесь царила совсем другая атмосфера. Правда, и сюда проникал шум снаружи, но здесь он заглушался умиротворением иного мира. Здесь был Абдул-Баха, лицо Его было мозаичной красоты. Он был в кремовом одеянии, ниспадающем до пола, на голове Его была чуть сдвинутая набок феска, к чему я так привык. Нередко мне казалось, что положение этого головного убора в действительности выражало Его настроение: ироничное, когда феска слегка сдвинута набок; веселое, когда сдвинута назад; серьезное и задумчивое, когда она находилась точно посередине Его седой головы; властное и повелительное, когда она чуть закрывала Его лоб. Возможно, эти различия были игрой моего воображения, но в ходе наших неоднократных встреч я провел немало времени, молча наблюдая за этой завораживающей фигурой, и многие, должно быть, как и я, отметили, что одним из самых характерных Его жестов было непроизвольное движение руки, смещавшее феску в новое положение.
Моя память воссоздает эту сцену, словно все происходило вчера. Большой салон с низким потолком был переполнен. Там было не менее сотни друзей. Персы, сопровождавшие Его в поездке по Америке, окружали Его, точнее говоря собрались позади Него. Проявлением типично восточного отношения к Учителю было то примечательное обстоятельство, что никогда и ни при каких обстоятельствах ни один из них и помыслить не мог о том, чтобы встать впереди Него или даже рядом с Ним, разве только Учитель Сам подзывал кого-то из них, либо было нужно передать Ему сообщение. Идя по улице, они всегда держались сзади. И если один из них шел вместе с Абдул-Баха, беседуя с Ним, он все же держался за Ним на некотором расстоянии. Говоря с Ним, они редко прямо смотрели Ему в лицо. Перед Ним они стояли как перед царем. Сколь разительна разница по сравнению с западным верующим! Для нашей хваленой демократии характерно пустословие в любой обстановке, однако в присутствии духовной фигуры такого масштаба смирение — это и есть свобода.
Немногим из нас удалось сесть, так как диванов и кресел было мало, а нас — много. Переводчик, долгое время служивший Его секретарем и сейчас возвращавшийся с Ним, стоял на шаг позади Него. И вот Он заговорил. В последний раз в этом мире я внимал любимому голосу. Я часто упоминал о том, каким был этот голос. Никогда не забудет его тот, кто слышал его по-настоящему. Он резонировал, как колокол, и его ни с чем нельзя было сравнить. Казалось, в нем звучит музыка иного мира. Лишь небольшое усилие воображения — и слышен аккомпанемент незримого хора:
Это моя последняя встреча с вами. Это мои последние увещевания. Я постоянно призывал вас служить делу объединения человечества, заявляя, что все люди суть слуги единого Бога. Следовательно, вы должны проявлять величайшую любовь и доброту к народам мира, отказавшись от фанатизма, отбросив религиозные, национальные и расовые предрассудки… Поэтому, если кто-либо оскорбляет другого человека, он оскорбляет Бога. Бог в равной мере любит всех. И раз это так, пристало ли пастве враждовать между собой? Они должны выказывать признательность и благодарность Богу, а лучший способ отблагодарить Бога — это возлюбить друг друга.
Остерегайтесь обидеть даже одну душу, осуждать кого-либо в его отсутствие, замыслить отчуждение от слуг Бога. Приложите все свои усилия, чтобы даровать счастье отчаявшимся, накормить голодных, одеть нуждающихся и возвеличить смиренных. Станьте помощником всякому беззащитному и проявите доброту к ближним своим, ибо так вы сможете достичь благорасположения Бога. Это способствует просвещению рода человеческого и служит источником неиссякаемого благословения для вас самих. Я взыскую у Бога бесконечной славы для вас, посему сие есть увещевание мое и моя молитва.
После упоминания о войне, продолжавшейся в то время на Балканах, Он произнес предложение, знаменательное в свете произошедших два года спустя событий: «На Балканах разгорается пламя, от которого вспыхнет весь мир». Затем Он продолжал:
Вам же скажу: ваши усилия должны быть благородными. Всем сердцем и душой стремитесь, чтобы трудами вашими воссиял свет всеобщего мира, чтобы все люди стали как одна семья, чтобы Восток помогал Западу, а Запад — Востоку.
Вспомните, как ниспосланные на землю Пророки, как появлявшиеся великие души и как поднявшиеся из числа людей мудрецы призывали человечество к любви и единству. В этом заключалась цель их наставления и послания. Взгляните, сколь беззаботен сей мир, в коем, несмотря на все усилия и страдания пророков Бога, народы все еще охвачены враждой и борьбой. Сколь легкомысленны и невежественны люди! Какой густой мрак окружает их! Хотя все они — дети милосердного Бога, они продолжают поступать вопреки Его воле и желанию. Бог благословляет и охраняет их дома, они же бесчинствуют, грабят и разрушают дома друг друга. Поразмыслите о таковом невежестве и легкомыслии!
Ваш долг иной, ибо вы причастились таинств Бога. Взор ваш просветлен, уши ваши благословлены истинным слухом. Вы должны взирать друг на друга и на всех людей с величайшей любовью и добротой. Вам не будет оправдания пред Богом, если не живете вы согласно Его заповедям, ибо ведомо вам, что благоугодно Ему. Вы слышали Его заповеди и веления. И посему следует вам проявлять доброту ко всем людям, и даже обходиться с врагами своими как с друзьями. Дóлжно вам ненавистников своих считать доброжелателями. Несогласных с вами вы должны воспринимать как души близкие вам по духу и любезные, и тогда, может быть, мрак противоречий и конфликтов исчезнет из жизни человечества, свет небесный воссияет, Восток озарится, а Запад наполнится благоуханием, даже более того, Восток и Запад смогут заключить друг друга в объятия, исполненные любови, и воцарится меж ними взаимная благосклонность и симпатия.
Человечество не получит покоя и не достигнет вечного счастья до тех пор, пока человек не обретет столь высокого положения. Если же человек будет жить согласно этим божественным Заповедям, сей земной мир превратится в царствие небес, а сия материальная юдоль станет Славным Раем.
Я лелею надежду, что вы преуспеете в сем высоком призвании и подобно сверкающим светильникам озарите мир сей, пробудите и подобно духу жизни возродите влачащих бренное существование.
Сие есть слава вечная. Сие есть безграничное блаженство. Сие есть непреходящая Жизнь. Сие есть небесное свершение. Сие есть творение, созданное по образу и подобию Бога.
К сему я призываю вас и молю Бога, дабы Он укрепил и благословил вас.[ Абдул-Баха. Провозглашение всеобщего мира.]